Наиболее показательной частью предпринимательских протестов стали акции на Майдане Незалежности уже после принятия Верховной Радой Налогового кодекса. Но это была только верхушка айсберга, ведь на протестные мероприятия предприниматели начали выходить с полгода назад: сначала — под районные или областные администрации, выступая еще против первой редакции Налогового кодекса, а потом — и под парламент, где собрались почти 50 тыс. человек. Собственно, все это и стало первым шагом к выходу предпринимателей на Майдан для защиты своих прав.

Ложные мифы

Много мифов возникло вокруг этих событий. Миф первый: "предприниматели вдруг проснулись и решили "воевать" против Налогового кодекса". Это не так, поскольку свои требования относительно формата упрощенной системы налогообложения они излагали в течение нескольких лет разным правительствам.

Еще весной 2010 года стало понятно, что реформирование налоговой системы угрожает предпринимателям проблемами. И уже тогда они четко сформулировали и согласовали свои требования к Налоговому кодексу. За полгода эти требования не изменились, поэтому и обвинения в адрес предпринимателей в некомпетентности — ложный миф, рожденный властью. Надо же было ей кого-то сделать крайним за протесты, проходящие по всей стране.

Миф второй, рожденный уже оппозицией: "предприниматели — это политическая сила, которая борется за политические цели". Действительно, оппозиция встретила в лице предпринимателей большую массу протестно настроенных людей, но достаточно ли этого, чтобы они стали политической силой? Очевидно, нет. Политическая сила рождается тогда, когда у людей совпадают не только экономические взгляды, но и иные грани: оценки прошлого государства, взгляды на то, каким образом оно будет развиваться в будущем.

У предпринимателей, стоявших на Майдане, совпадала только одна грань — их отношение к ситуации с налогообложением. Там объединились люди разных политических взглядов. И это хорошо, поскольку означает, что мы живем в нормальной стране с ростками гражданского общества. Недавние действия предпринимателей — это типичное общественное движение с целью заставить нынешнюю власть действовать в интересах сохранения экономических свобод. Поэтому не стоит прописывать им слишком революционные или слишком политические задачи.

Миф третий: "кто же победил". Безусловно, частично победили предприниматели, хотя бы потому, что они продемонстрировали способность действовать вместе при разных политических взглядах. Это был первый случай, когда власть, несмотря на присущий ей стиль "асфальтоукладчика", не достигла своей цели — отмены упрощенной системы налогообложения. Но победила и власть, ведь Налоговый кодекс все же введен, и он содержит такую огромную проблему для всех предпринимателей, как увеличение полномочий контролирующих органов, что угрожает повышением коррупционных рисков. Более того, это породило разногласия сугубо юридического характера, требующие срочных решений, чтобы сделать возможным сосуществование Налогового кодекса и упрощенной системы налогообложения.

Это означает, что история не закончилась, и события на Майдане были только первым актом, за которым, скорее всего, будут следующие.

Поэтому именно сейчас, когда немного стихли эмоциональные оценки, пришло время начать мировоззренческую дискуссию, в ходе которой попытаться найти ответы на вопросы, зачем нужен Украине малый бизнес, каковы пути его развития, почему необходима упрощенная система налогообложения и как это коррелируется с другими реформами в стране?

Почему малый бизнес такой большой

Но сначала стоит задуматься над вопросами, почему, например, США вкладывают миллиарды долларов в специальную администрацию малого бизнеса? Почему Барак Обама сказал, что во время кризиса придется повышать налоги, но ни в коем случае не для малого предпринимательства? Почему в Европе вышел специальный законодательный акт с названием "Сначала думай о малом"? Почему эти страны вкладывают не только интеллектуальные усилия, но и непосредственно деньги в развитие малого предпринимательства?

Современные тенденции развития экономики свидетельствуют о том, что эффективность крупного бизнеса сегодня обеспечивается благодаря использованию высоких технологий, управлению большими объемами финансов и материальных ценностей с одновременным использованием минимального количества работников с максимальным профессиональным уровнем. Это означает, что крупный бизнес и в дальнейшем будет использовать все меньше наемных работников, оставляя за бортом своего кадрового интереса значительную часть населения страны, в которой он работает. Это уже давно почувствовали в Европе и Соединенных Штатах, ощущаем мы это и в Украине.

Развитые страны уже нашли решение проблемы поглощения многомиллионной рабочей силы. Это — развитие частной инициативы и малого предпринимательства.

Что отличает малый бизнес? Не имея больших средств, не управляя крупными финансами, он развивается за счет собственной инициативности и идей, построенных на использовании человеческого потенциала. (Кстати, в Европе к категории малого бизнеса, в соответствии с последними нормативными актами, относятся бизнесы, в которых объем реализации за год достигает 10 млн. евро.) Кроме того, частная инициатива позволяет расходовать меньше сил и средств государства на то, чтобы управлять экономическими процессами, и вместе с тем заполняет динамично рожденные экономические ниши. В этом малый бизнес — безусловный чемпион. Также он чемпион и там, где нужен индивидуальный подход, поскольку частная инициатива как раз и базируется на таланте найти свою нишу.

Следовательно, первой из функций малого бизнеса является поглощение рабочей силы, которая никогда не будет встроена в систему высокотехнологичного крупного бизнеса. Вторая — это уменьшение социально-экономических рисков. Мы хорошо помним, что именно с краха крупных корпораций начался мировой финансовый кризис. Сотни тысяч безработных одновременно появились на рынке, и это создало серьезные социально-экономические риски.

Вместе с тем крах одного субъекта малого бизнеса не влечет за собой никаких рисков. Эта ниша сразу заполняется другими субъектами. Такая динамичность малого бизнеса является его преимуществом, а не проблемой, как почему-то считают в Украине.

Третья важная функция малого бизнеса — он создает так называемый grass route (или "подлесок") — базовую конкуренцию. Без малого и среднего бизнеса экономика рискует превратиться в экономику монопольных ниш. В стране, которая развивается таким образом, будет 10—20 семей, контролирующих всю экономику, с одной стороны, и бедное, зависящее от этих семей и внешней помощи население — с другой. Тогда как с развитием малого и среднего бизнеса рождается мощный средний класс людей, не зависящих ни от государства (они сами могут зарабатывать себе на жизнь), ни от владельцев крупных предприятий.

Эти уникальные свойства малого бизнеса и определяют его место в экономике, мотивируя каждое государство заботиться о развитии малого и среднего бизнеса. Иного способа заботиться об общественном благосостоянии нет. Иное — это экономика монопольных ниш.

В Украине очень большой человеческий потенциал, следовательно, и значительный потенциал развития малого и среднего бизнеса. Но для того чтобы этот потенциал был использован, необходимо создать соответствующие условия. Это и упрощение всех процедур, упрощение отношений предпринимателей и государства, и адекватное налогообложение.

Неслучайная необходимость

Недавно эксперты Международной финансовой корпорации рассчитали, сколько стоит в финансовых, временных и денежных расходах исполнение налогового законодательства в Украине. Как выяснилось, крупному бизнесу, у которого объем реализации превышает сотни миллионов, это стоит не более 0,05%, в то время как малому — целых 6%. Новый Налоговый кодекс коренным образом эту пропорцию не изменил, а наоборот, ухудшил, поэтому сейчас предпринимателям будет еще сложнее применять налоговые нормы. Каким же должно быть законодательство, чтобы у малого бизнеса оставались стимулы для развития?

Обратимся снова к опыту развитых стран. Там в малом бизнесе занято около 70% населения. Вместе с тем налоги от него никогда не превышают 30% поступлений в бюджет. Такая обратная зависимость связана с тем, что малый бизнес невысокоэффективен, поскольку использует человеческий потенциал, не имея массового производства и крупных финансовых ресурсов. Поэтому, собственно, он и платит меньше налогов. К такой пропорции мы должны стремиться в отечественной системе налогообложения, несмотря на желание нашего правительства, чтобы именно малый бизнес был основным наполнителем бюджета. Попытка достичь этого приведет к уничтожению бизнеса, а затем — к разрушению общественного благосостояния.

Налогообложение малого бизнеса должно оставлять предпринимателю стимул для развития, не забирать 6% на выполнение налоговых правил и вызывать как можно меньше дискуссий между органом налогового контроля и самим предпринимателем. Из этих критериев следует, что упрощенная система налогообложения — не прихоть, созданная на короткий период, а конкурентное преимущество нашей страны. Внедрив в свое время упрощенную систему, мы позволили развиться классу малого и среднего бизнеса, иначе Украина развивалась бы как экономика монопольных ниш, с еще худшим общественным благосостоянием. Поэтому упрощенная система налогообложения — необходимость, а не случайность.

Надо помнить и то, что украинские предприниматели должны финансировать карманы конкретных чиновников, а также нести дополнительную нагрузку из-за административных барьеров и неразвитости инфраструктуры. Все это — тоже расходы бизнеса. И не все ли равно предпринимателю — меньше официальный налог и больше неформальные или наоборот?

Пока что расходы предпринимателей не сократились: остается тот же уровень коррупции, тот же уровень административных и инфраструктурных расходов. На этом фоне повысить налог — значит разрушить смысл предпринимательской деятельности.

Легко потерять — сложно вернуть

Говоря о налогообложении, важно помнить, что малый бизнес, поскольку он является низкокапитализированным и базируется исключительно на использовании человеческого потенциала, очень легко уходит в тень. И потом его очень сложно убедить в необходимости легализироваться.

Конечно, некоторую часть "теневых" предпринимателей поймают, но невозможно уничтожить весь малый бизнес, как невозможно уничтожить народ. А малый бизнес является народным. Можно непродуманной политикой уничтожить его легальную составляющую, но тогда она будет оставаться в подполье. Самая лучшая политика — разработать такое налогообложение, которое оставляет стимулы, нежели загнать предпринимателя в тень, а потом десятки лет рассуждать о том, как его оттуда вывести.

В свое время именно упрощенная система налогообложения стала стимулом к легализации предпринимателей. Благодаря ей возросло количество легальных предпринимателей, свой небольшой взнос в казну они делали, а большего от них ожидать не стоит. Большего можно ожидать, если справиться с вышеупомянутыми неформальными налогами.

Как преодолеть коррупцию, уже ставшую системой, тема отдельной статьи. Но преодолеть скрытый налог — административный — возможно. И мир давно ответил, каким образом — путем дерегуляции. Ведь чем меньше официально установленных нормативно-правовыми актами барьеров, тем меньше предприниматель платит как административный, так и коррупционный налог.

Но нельзя одновременно и проводить дерегуляцию, и повышать налоги. Если будет установлен неадекватный налог, не оставляющий стимулов, предприниматель снова делегализируется и долго будет ждать, пока сработают последствия дерегуляции.

Таким образом, дерегуляция и адекватная упрощенная система налогообложения — это два базовых метода, которые должны способствовать количественному росту субъектов малого предпринимательства.

Самая большая беда предпринимателя

А чтобы малый бизнес начал выполнять миссию поглощения человеческих ресурсов, нужно провести реформу социального страхования.

Сейчас нанимать работника — едва ли не самая большая беда, которая может постичь предпринимателя. Почему? Потому что обходится он ему очень дорого.

Давайте посчитаем упрощенным методом. Возьмем предпринимателя, работающего на общей системе налогообложения и предоставляющего услуги. Его наемный работник из каждой тысячи начисленных ему гривен получит 830 грн. так называемыми чистыми деньгами. При этом 820 гривен предприниматель должен заплатить государству на его зарплату.

Каким образом это происходит? Разумеется, с зарплаты работника удержат 15% подоходного налога с граждан и 2% — взнос в Пенсионный фонд. Кроме того, предприниматель должен уплатить на него почти 40% социального взноса, и на все это вместе, то есть уже на 1400 гривен, еще 20% НДС, поскольку заработная плата с начислениями является частью добавленной стоимости. Таким образом, если все сложить, получим, что на 830 гривен, выданных на руки работнику, еще 820 гривен надо перечислить государству.

Разумеется, при таких пропорциях ни один работодатель не будет работать честно и прозрачно, и не потому, что он такой плохой, а потому, что утрачивается какой-либо экономический смысл труда его наемного работника. Вот и возникает потребность с помощью упрощенной системы налогообложения подменить наемный труд субконтрактными отношениями. И это будет происходить до тех пор, пока не будет решена проблема сверхвысоких начислений на фонд заработной платы.

Решить ее следует двумя способами: первый — кардинально уменьшить начисления, второй — разделить их поровну между работодателем и гражданином. Без реформы социального страхования легализации не будет. И не надо пенять на малый бизнес — он только инструмент сокрытия, а не его причина. Надо ликвидировать причину, а не бороться с инструментом.

Не надо запрещать микроскопы

…Представьте себе лабораторию, где проводят научные исследования с помощью микроскопов. Неожиданно один лаборант психанул и ударил другого лаборанта микроскопом по голове. Что делает нормальный руководитель? Прежде всего, наказывает лаборанта и повышает контроль за деятельностью тех, кто работает за микроскопами. Что делает плохой руководитель? Запрещает пользоваться микроскопами.

Примерно так же сделало и наше государство. Запрещая отношения между юридическими лицами на общей системе и упрощенцами, оно фактически запретило микроскоп: и для тех, кто им лупил по голове, и для тех, кто с его помощью проводил исследования.

Такое решение было нерациональным, и оно не приведет к ожидаемым последствиям. Ведь крупный бизнес как искал пути, чтобы обналичить деньги, так и в дальнейшем будет их искать, поскольку сам стимул обналичивания денег не преодолен.

Давайте задумаемся над процессом так называемого обналичивания — оно осуществляется прежде всего из-за необходимости концентрации и вывода капитала. Но делается это не через упрощенную систему. Для этого существуют офшоры и конвертационные фирмы. Через упрощенцев обналичивали средства, когда надо дать взятку или выдать "зарплату в конвертах". Понимая тотальный характер коррупции, смешно говорить, что предприятия перестанут заниматься обналичиванием.

О причине "зарплат в конвертах" уже говорилось выше — это сверхвысокие социальные начисления, которые еще больше увеличиваются из-за единого социального взноса.

Если не вылечим причину, то будем бороться с последствиями бесконечно. Экономика будет становиться более изобретательной, поскольку базируется на частной инициативе, а государство все время будет бить по хвостам вместо того, чтобы попробовать устранить коррупцию и провести реальную реформу в сфере социального страхования.

В то же время с апреля 2011 года добросовестные предприниматели, предоставлявшие услуги и продававшие товары предприятиям, потеряют свои рынки сбыта и свернут деятельность. Для крупных предприятий это — потеря гибкости при выборе партнеров и снижение эффективности. Следовательно, данный запрет является ошибкой, и эту ошибку необходимо срочно исправлять.

В целом существует множество проблем относительно одновременного применения Налогового кодекса и упрощенной системы налогообложения. Нас ждет выяснение вопросов учета — каким он будет для упрощенцев? Останется ли книга учета доходов и расходов неизменной для них, или же налоговая применит требования ІІ раздела кодекса и заставит вести учет доходов и расходов на основании первичных документов, что очень усложнит жизнь предпринимателям?

Также неизвестно, будет ли налоговая служба применять к упрощенцам новый метод контроля — фактические проверки. В ходе таких проверок может вестись хронометраж, то есть налоговик будет фиксировать каждую операцию предпринимателя, и так может продолжаться до 15 дней подряд. Налоговики получили право требовать проведения инвентаризации товарных остатков в их присутствии и еще множество других методов, чтобы довести предпринимателя до ликвидации своего дела.

Применять эти меры или нет — это уж как решит налоговая служба...

Вместо эпилога

Сегодня у нас есть возможность наблюдать за бурным творчеством власти по созданию разнообразных совещательных органов: совета предпринимателей при Кабмине, при Верховной Раде, озвучено желание создать аналогичный совет при президенте. Следует обратить внимание вот на что.

С одной стороны, власть таким образом может просто "заболтать" проблему и решить ее совершенно не так, как ожидают в предпринимательской среде. Но эти попытки обречены: предприниматели, получив решение, убивающее их бизнес, все равно выйдут на Майдан. Поэтому власть должна осознать, что совещательные инструменты нужны прежде всего не предпринимателям, а ей самой — чтобы не принимать решений, ухудшающих не только предпринимательский климат в стране, но и международный имидж страны.

С другой стороны, создание совещательных органов — это основа для общественных консультаций, которые в развитых странах являются нормой жизни всех чиновников. Желательно, чтобы и наши чиновники пытались не имитировать этот процесс, как они имитировали полгода обсуждение Налогового кодекса (закончившееся бунтом малого бизнеса), а эффективно реализовывали рекомендации этих общественных консультаций. Тогда можно будет прогнозировать ошибки и не допускать их в будущем.

Теги: бизнес закон
Источник: Зеркало недели Просмотров: 3010