"Офшорный налог", с инициативой введения которого на прошлой неделе выступил вице-премьер-министр Украины - министр социальной политики Украины Сергей Тигипко, вызывает много противоречий и споров. О том, какие проблемы могут возникнуть с осуществлением в жизнь нововведения Кабмина, насколько оно будет эффективным и законно ли вообще, рассказал партнер налогово-юридического департамента международной аудиторско-консалтинговой компании "Делойт" Андрей Серветников.

Офшори обкладуть податками>>> дивитися. 

UBR: На взгляд обывателя логика в идее Кабмина есть. Ведь многие компании скрывают налоги, не показывают официальные зарплаты сотрудников. Так пусть наполняют Пенсионный фонд.

А.С.: Куда вся Европа сейчас выводит производство? В Китай, Тайвань, Индонезию, Малайзию. В этом нет ничего незаконного. Финансовые операции выводят в страны с меньшими затратами и налогами. Это стратегический подход. Украинские власти демонстрируют подход, лишенный какой бы то ни было стратегии. Они пытаются максимально повышать налоги, устанавливать такие правила, при которых у налогоплательщиков не будет выхода - или платить драконовские ставки или закрываться. Попытка усилить налогообложение при том, что в других странах режим более мягкий, будет стимулировать бегство в другие юрисдикции. Абсолютно всех дыр для уклонения не закрыть.

UBR: Как в мире борются с минимизацией?

А.С.: Методы стандартные. Первое - правило контролируемых иностранных компаний. Если у вас в оффшорной компании оседают большие средства, некоторые страны позволяют налогооблагать эти доходы без физического получения. Например, английская компания имеет дочернюю структуру на Каймановых островах. Она может не возвращать прибыль в Англию. Но главная компания в Англии всё равно обязана уплатить налог. Второе - метод трансфертного ценообразования. Каждая сделка отслеживается. И если она совершена по разумным ценам, то претензий быть не может. Но если вы продаете товар по 500 единиц, а конкуренты - по 1000 - возникают вопросы. Налоговые органы в таком случае, изучив уровень цен, могут соответственно скорректировать налоговые обязательства.

UBR: А можно ли избежать налогообложение?

А.С.: Чтобы не платить налог не обязательно регистрироваться в офшоре. В мире полно низконалоговых стран. В разных схемах можно использовать компании в Люксембурге, Кипре, Малье, Ирландии, Венгрии, Швейцарии. В половине стран ЕС есть интересные льготные режимы налогообложения.

UBR: Власти это понимают?

А.С.: Да. Они уже в интервью давали понять, что как бы им не хотелось, они не могут включать в список офшоров Кипр и Люксембург. Бизнес переориентируется на работу с этими юрисдикциями. И будут вместо 0% на Британских, Виргинских или Багамских островах платить, 5% Мальте, 9% Швейцарии или 10% Кипру. Но все равно не будут платить того что пытаются с них сейчас взять наши реформаторы.

UBR: Законно ли нововведение Кабмина?

А.С.: Государство вправе устанавливать налоговые правила для всех участников рынка. Но предлагаемый сбор - это отход от мировых стандартов. На словах провозглашается курс на дерегуляцию, упрощение ведения бизнеса, а на практике получается, что будет установлен еще один барьер в отношении торговых операций. На выходе - усложнение жизни бизнесу от общения с той же таможней и банками.

UBR: Могут ли закрыть все страны с минимальным налогообложением?

А.С.: Перекрыть все каналы минимизации налогов невозможно, потому что большинство стран - не офшорные, они низконалоговые. Например, на Мальте ставка налога на прибыль 35%. То есть даже больше чем у нас. Но при этом есть разные схемы налогового планирования с участием этой страны, которые позволяют добиться эффективной ставки в 5%. Но это не основание для того, чтобы блокировать операции с Мальтой. То же самое и в отношении Швейцарии, Люксембурга, Кипра. Суть вопроса заключается в том, что все страны, кроме Швейцарии, являются членами Европейского союза. Но и Швейцария глубоко интегрирована с ЕС. С учетом некоторых политических обстоятельств, взаимоотношений Украины с ЕС, попытка применять санкции против любой из стран ЕС может иметь последствия.

UBR: То есть с этими странами работать можно?

А.С.: Скорее всего, они не будут пытаться внести в черные списки офшорных юрисдикций станы ЕС. Хотя есть слухи о том, что могут попытаться некоторые кантоны Швейцарии отнести. Не понятно будет ли это эффективно, потому что переориентироваться в налоговом планировании с одного кантона на другой тоже не сложно.

UBR: А какие у нас отношения с Кипром и Люксембургом?

А.С.: С Кипром есть соглашение об избежании двойного налогообложения. Оно старое, подписанное еще при СССР. Много лет ведутся переговоры. Они должны были завершиться этой осенью подписанием новой конвенции. Пока ее нет. С Люксембургом конвенция подписана много лет назад, но она не ратифицирована парламентами обеих стран, и поэтому не вступила в силу.

UBR: Какие важные моменты могут возникнуть?

А.С.: Конвенция регулирует, как правило, только пассивные доходы, а торговые операции, поставки товаров и услуг - нет. Еще важно - у Украины есть договоренности с ЕС о взаимной защите инвестиций, о том, что бизнес из стран ЕС не будут дискриминировать. Поэтому какое- то недружественное действие по отношению к Кипру или Люксембургу может рассматриваться как недружественное в отношении к Европейскому союзу. То есть не факт что если у нас возникнут проблемы с Кипром, то весь ЕС агрессивно встанет на защиту Кипра. Но теоретически это может и должно случиться, если Украина попытается дискриминировать действующего члена ЕС.

UBR: Нам это грозит ответными мерами?

А.С.: Политического характера – возможно. Меры экономического характера - маловероятно. Мы и так наказываем сами себя. Если сейчас Украина окажется закрытой на замок и повысится налоговая нагрузка на любые инвестиции и торговые операции, это ухудшит общую ситуацию в стране. Если экспортеров и бизнес, который тоже работает с офшорами, загонят в какие-то рамки и заставят уплачивать чрезмерные налоги, то они будут здесь сокращать объемы и бизнес, увольнять сотрудников и т. д.

UBR: То есть наибольшая проблема -как эти законодательные новшества отразятся на экономике не в краткосрочной, а долгосрочной перспективе?

А.С.: Да. Когда планируется введение такого немаленького налога, необходимо серьезно просчитывать что это даст экономике. Не получится ли так, что Кабмин закладывает определенные показатели, умножает количество сделок, которое сейчас имеется с офшорами на ставку в 12-15% и мечтает о том, насколько пополнится Пенсионный фонд. Но если завтра вместо, предположим, объема сделок с офшорами в 5 млрд. будет ноль, с чего они соберут сбор в Пенсионный фонд.

UBR: Можно ли оценить потери в цифрах?

А.С.: Давайте рассмотрим некую модель. У компании все разрешенные к вычету затраты на производство единицы продукции составляют 100 единиц и она продает товар за рубежом за 300 единиц. То есть если бы был прямой экспорт из Украины конечному потребителю, то в Украину пришло бы 300 единиц и за вычетом 100 единиц затрат, у нас было бы 200 единиц прибыли, которая подлежит налогообложению. Но бизнесмен не хочет платить весь налог. Он экспортирует товар в налоговую гавань и продает по 150 единиц. Они же возвращаются в Украину и с учетом 100 единиц затрат, налогом на прибыль облагается только 50 единиц прибыли. А офшорка продает товар уже по 300 единиц. Поэтому 150 единиц прибыли оседают там.

UBR: Но ведь с этим и собираются бороться.

А.С.: Да. Но что очевидно. Цена сделки с собственной "офшоркой" всегда будет занижена. Поэтому сбор в 12%, всегда будет применяться не к реальной цене товара, а к заниженной цене. И прибыль все равно будет оставаться в офшоре. Второе - представим себе, что экспортер меняет схему. И вместо налоговой гавани ориентирует экспорт через Кипр. С Кипром ничего сделать нельзя. Что изменится? Товар снова продается по 150 единиц, только 50 единиц будет налогооблагаться в Украине. А 150 единиц прибыли остается на Кипре. Там бизнесмен заплатит 10% налога, который все равно ниже, чем в Украине со всей суммы. Результат - смешной. Выиграет бюджет Кипра. А их руководители скажут господам Азарову и Тигипко спасибо.

UBR: У нас не просчитываются возможные последствия?

А.С.: Любая попытка фискального регулирования без долгосрочного прогноза и попытки моделировать альтернативные ситуации обречена на провал. Особенно в нашей ситуации, когда страна и так считается едва ли не худшей в мире по системе налогообложения. Нам надо исправлять свой имидж и делать все, чтобы бизнесу было интересно работать здесь и платить налоги здесь. А пока эти налоги только повышаются, поэтому бизнес будет убегать. И это закономерность.

UBR: Во время обсуждения Налогового Кодекса, один из экспертов заявил, что в Англии, прежде чем ввести один единственный новый налог, в течении трех лет просчитываются последствия его введения для всей экономики.

А.С.: В любой стране, где серьезно к этим вопросам относятся, так и делается. Как правило, правительство публикует проект закона и пояснительные записки, почему они планируют поменять налоговый сбор и какой ожидается эффект. Все это выносится на широкое обсуждение. Любой бизнесмен, налоговый консультант, юрист может высказать пожелания. И зачастую в процессе общественного обсуждения правительство понимает, что какие-то моменты лучше поменять. У нас непонятно откуда берется законопроект, оглашаются какие-то его детали и за несколько недель до того, как его планируют вынести на рассмотрение, сразу подают в Верховную Раду и принимают. Это ненормально. Как минимум год - это нормальный срок для того, чтобы обсудить какой-то новый налог и то, каким образом это может повлиять на экономику.

Податківці посилили контроль за операціями з офшорами >>> дивитися.

Теги: налоги кипр офшоры
Источник: Украинский Бизнес Ресурс Просмотров: 4740