Прокомментировал Закон № 2258-VI, который вносит изменения в Закон "О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем", который значительно расшияет возможности Государственного финансового мониторинга, обязывает нотариусов, адвокатов, юристов, бухгалтеров, торговцев драгоценностями, аудиторов, организаторов лотерей, риэлторов и другие субъектов первичного финмониторинга докладывать о сомнительных операциях, в экслюзивном интервью UBR первый заместитель Комитета ВР по вопросам финансов и банковской деятельности Станислав Аржевитин.

UBR: Одна из революционных норм, которое предлагается в поправках к Закону - это расширение перечня субъектов, которые, должны сообщать в Госфинмониторинг о людях, которые делаю покупки, которые превышают суммы, указаные в документе (400 тыс.грн - квартира, 150 тыс. грн - авто и драгоценности).

С.А.: Это действительно, так. Этот Закон один из самых не любимых документов финансовых учреждений, потому что действительно, этот Закон позволит сообщать об операциях клиента. И если раньше, уже все привыкли, что это были банки, банковские учреждения или другие финансовые учреждения. Теперь в этот перечень войдут нотариусы, адвокаты, юридическое и физические лица, субьекты предпринимательской деятельности, аудиторы, аудиторские фирмы, все, кто работает с драгоценными металлами. Почти весь спектр всех тех организаций, которые производят финансовые операции.

UBR: В законе прописано, что они обязаны информировать Госфинмониторинг о подозрительных операциях. Интересно, что Закон предусматривает под подозрительными операциями?

С.А.: Какое - либо финансовое учреждение, в том числе, не финансовые учреждения, которые я назвал, теперь будут обязаны обязательно сообщать Госфинмониторинг, туда - наверх, об операциях, которые будут иметь, например, два таких признака. Это - обязательная сумма, если будет больше 150 тысяч гривен. Ну, например, если клиент в этот день, на свой счет перечислил средства и наличными, на следующий день, снял больше 150 тысяч, это - обязательное сообщение. Или, например, средства пришли на анонимный счет, или по векселям и тому подобное. И есть большой спектр операций, которые подлежат внутреннему мониторингу. Финансовое учреждение, разговаривая с клиентом, подвергает его допросу: что это за бизнес, каким образом получены средства.

UBR: Клиент должен отвечать при этом?

С.А.: Это - конфликтная ситуация. Потому, что клиент не понимает, почему его подвергают допросу? Тогда, показывают этот Закон. И конечно, банковское учреждение, нотариус, адвокаты должны заниматься немножко другим. Но, государство перевело свои правоохранительные функции теперь на эти субьекты финансового мониторинга. Теперь, все эти финансовые учреждения, все эти субьекты первичного финансового мониторинга, должны удерживать целый штат людей, которые будут выискивать у клиентов вероятные проблемы, которые связаны с отмыванием грязных денег или финансировании терроризма. Это, между прочим, большие затраты. Это - миллионные сообщения в Госфинмониторинг, но, угроза еще и в другом. Согласно этим изменениям, которые мы приняли в Верховной Раде, у Госфинмониторинга есть очень широкий спектр возможностей получить любую информацию, относительно этого клиента, начиая от его имущественного состояния, движения средств со дня его создания, основателей. Это уже информация очень конфиденциальная. Но, к сожалению, с принятием этого закона, тема конфиденциальности информации, банковской тайны начинает угасать. Потому, что мы приняли вот такой Закон.

UBR: В Украине теперь, фактически, банковской тайны, как таковой - существовать не будет, если учесть тот Закон, который лежит перед вами.

С.А.: Где-то так. Единственный плюс - эта информация, которая попадет в Госфинмониторинг, не может быть разшлашена. За это предусмотрена административная и уголовная ответственность. Между тем, если вернуться к Госфинмониторингу. Согласно этому Закону, он имеет очень большие полномочия, хочу уточнить, в частности то, что он имеет доступ к базе данных, где есть информация о всех соглашениях, которые заключаються на рынке. Кроме того, он имеет доступ к базе данных ценным бумагам, Минюста и не только. Это - рекомендации FATF, Международной организации по борьбе с грязными деньгами.

UBR: Если учесть то, что с августа Госфинмониторинг получит доступ к любой информации, фактически, вы об этом сказали, создается такая себе гидра, такой себе сверхсильный государственный орган, который может любой момент получить информацию о любом бизнесмене, о любом политике, о любом депутате

С.А.: Вы правильно сказали, если этот инструмент кто–то захочет использовать в своих личных интересах, это, действительно, большая опасность. Потому, что у нас страна, у которой сплошь и рядом рейдерские захваты. Конечно, это - опасно.

UBR: Госфинмониторинг может стать рейдерским инструментом?

С.А.: Я не думаю, что так будет, по крайней мере, сегодняшнее руководство, я знаю, не должно стать на такой путь. Но, как мы говорим, как бы по - сути, это тот орган, у которого есть вся информация. И я думаю, что ее скрыто, частично будут использовать.

UBR: Для политического давления?

С.А.: Думаю, да.

UBR: Вы были одним из авторов этого Закона, вот после всех рисков, какие мы описали, зачем тогда было принимать этот Закон?

С.А.: Дело в том, что депутаты уже нескольких каденций не решались принять такой законопроект. Но FATF настаивал - иначе санкции. На бы просто внесли в "черный список". Нашу страну могли включить в "черный список" международные организации, тогда, конечно, у нас были бы проблемы с рейтингом, проблемы в частном секторе, проблемы с инвестициями, внешней экономической деятельностью. Когда мы приняли этот законопроект, без сомнения, наше государство имплементировало внутреннее законодательство к 40 рекомендацям по борьбе с грязными средствами и 9 рекомендаций по борьбе с терроризмом. И теперь о попадании в "черный список" не может быть и речи.

Теги: отмывание денег госфинмониторинг
Источник: Украинский Бизнес Ресурс Просмотров: 2731
Загрузка...
Загрузка...